maramus (maramus) wrote,
maramus
maramus

Categories:

ANNA: Сергей Александров о лидерах, царях и двуглазых. Часть 1

Как-то, четыре с половиною года назад, незадолго до предыдущих президентских выборов, пришлось сидеть вечерком за столиком кафе с одним известным тележурналистом. Он был пьян и вальяжен (как всегда, впрочем) и, по традиции, громким хрипловатым голосом «репетировал» на слушателях (а «почтительно внимал» его речам, благодаря прекрасно поставленной дикции, не только я, но и посетители за соседними столиками) свои будущие телевизионные выступления. Речь тогда шла о возможности для Путина баллотироваться на третий срок, причем, мой визави был горячим сторонником данного решения. Именно тогда я впервые услышал характерный эпитет «Царь», который, впоследствии, слышал в частных разговорах все чаще и чаще от людей, так или иначе связанных с «околокремлевскими элитами». «Царь решил», «царь сказал», «оправдаться перед царем», «верность царю и команде» - такими выражениями изобиловал спич собутыльника, бравировавшего «личной верностью» Путину, но крайне критически настроенного по отношению ко многим из «ближайшей свиты» «монарха».
Может быть, для кого-то понятие «Царь» и являлось чем-то далеким и «историческим», но для меня и двух других собеседников, составлявших компанию «звезде экрана», какого-либо «несовременного» или, тем более, негативного оттенка оно не несло и нести не могло в принципе. Ведь для людей с приличным историческим образованием и опытом общественно-политического анализа, способных рассматривать процессы развития цивилизации не только с позиций сиюминутных реалий и иллюзий, а в ретроспективе и перспективе, не вызывает сомнения факт, что сколько-нибудь эффективная ВЛАСТЬ В ИМПЕРИИ может быть только и исключительно ЕДИНОЛИЧНОЙ. Во главе иерархии должен стоять ОДИН. Это аксиома. Пока Россия является ИМПЕРИЕЙ (а она ей является, по большинству параметров, до сих пор и, более того, перестав быть Империей, Россия, в том ее понимании, к которому мы привыкли, исчезнет незамедлительно), во главе ее всегда будет стоять Один Человек. Он может называться Императором, Президентом, Генеральным Секретарем и т.п. Но именно ему мы будем обязаны, в огромном значении, тем, в каком направлении будет развиваться страна и населяющие ее народы, и будет ли она существовать вообще. От масштаба именно этой личности неизбежно зависит вся деятельность иерархической лестницы – от министра до последнего муниципального чиновника.
Могут возразить, что, мол, «история движется вперед и то, что было хорошо на протяжении столетий, теперь уже не является образцом». Будут ссылки на Европу, на США и сравнения самых разных параметров (чаще всего – не в нашу пользу). Пусть так. Предположим даже, что имеющая (на первый взгляд) преимущество, исторически сложившаяся на протяжении 18-20 веков «западная» «олигархическая» система управления (ее, по незнанию, многие называют «демократической») эффективнее монархической. Но речь ведь не о Европе (где, кстати, «коренные» народы вымирают еще более ускоренным темпом, чем русские) и не о США («плавильном интернациональном котле»), а именно о нашей стране! С ее традициями и, воистину, «экстремальной» историей – не менее тяжелой и изменчивой, чем климат. Страны огромной и во все эпохи малозаселенной. Страны, собравшей конгломерат народов, всё еще, местами, сохраняющих собственную национальную и культурную идентичность (чего уже, на пример, в помине нет в США) и традиционно исповедующих различные религии.
Ну, так вот, коротко говоря: с самого начала превращения почти мононационального Великого Княжества Московского в многонациональную Империю (формально первым шагом к чему стало присоединение Казани и Астрахани при Иване Грозном), власть персонифицировалась в лице Царя. Сначала – в рамках сословно-представительской монархии, позже – Самодержавия. И, чем более расширялась Империя, чем больше народов и территорий входило в ее состав, тем более власть монарха ограничивалась лишь его собственными моральными и религиозными принципами. В случаях же, когда Царь, по мнению господствующих элит (или их части), «выходил за рамки» неких представлений данных элит о том, «в какую сторону» надо вести страну, его, иной раз, устраняли физически или пытались устранить. К началу 19 столетия успехи Империи (территориальные, экономические, культурные) были настолько велики, что последняя данная попытка (т.н. «восстание декабристов») было легко подавлено и почти на столетие элиты более-менее лояльно воспринимали сложившийся порядок, не посягая на самодержавный принцип управления.
Лишь к концу столетия и, особенно, в начале кровавого 20 века новые элиты, сложившиеся на базе финансово-промышленного капитала, побуждаемые естественно-корыстным желанием максимизировать собственные прибыли и минимизировать издержки за счет приобретения высшей власти в государстве, имея в качестве образца тогдашние «передовые страны» Европы и Америки, приступили к масштабной работе по замене монархического принципа правления на олигархический. И, казалось бы, преуспели в данном начинании. – На целых 7 месяцев в России установилась «вполне цивилизованная» «демократическая» (которую никто никогда не выбирал – она «сама себя назначила») власть. Так называемое «Временное правительство» (всего оно с марта по октябрь 1917 года сменило аж 4 состава!) Чем данная власть кончила – всем известно. Потерпев достаточно мягкое (практически все остались живы) личное фиаско, компания «прогрессивных» финансистов и политиков растворилась «в Европах», а страна вверглась в жуткий, почти инфернальный хаос революции и всеобщей гражданской войны, по сравнению с ужасами которого все последующие т.н. «сталинские репрессии» - не более чем «детские шалости».
И началась эпоха «вождей». Лидер захватившей власть партии (отражавшей чаяния низшей части элит, опирающихся на задавленный финансово-промышленной олигархией промышленный и сельскохозяйственный пролетариат) практически мгновенно персонифицировал в своем лице народные чаяния «доброго царя» - это был почти гениальный политик, но крайне узколобый во многих отношениях доктринёр Ульянов-Ленин. А после его смерти, после периода внутрипартийной борьбы (которая мало чем, с психологической точки зрения, отличалась от соперничества «наследников престола» за столетие до того), ни чем не ограниченную (в том числе моральными и религиозными нормами, которых вынуждены были, более или менее добровольно, придерживаться самодержцы 17-19 веков) власть завоевал (планомерно уничтожив всех соперников и «несогласных») И.В.Сталин. Выстроенная им «сверх-самодержавная» система даже внешне начала стремиться к «наследию предков»: партия превратилась в вертикально-интегрированную супер-элиту, стремительно начали выстраиваться «сословия» и даже «касты», принадлежность к которым уже в последующие десятилетия начала постепенно приобретать «наследственный» характер. «Самодержец» отличался от классического «монарха-автократора» только тем, что его власть, официально, не передавалась по наследству в законодательном порядке. И что? На пример, в Риме в эпоху что Принципата, что Домината, или в Византии: на одного «наследственного» императора приходилось по 2 «узурпатора» из числа бывших приближенных или полководцев. А мало ли в Новое время в такой «классической» (для «западников») стране, как Франция, было королей, просто хотя бы «досидевших» на троне до собственной кончины? (В 19-м веке - один Людовик 18-й, пожалуй, - остальных всех свергли: Карла 10-го, Луи-Филиппа и обоих Наполеонов). Так что, в принципе, «царь – и никак иначе». А обозвать можно как угодно.
И Смерть Сталина практически ничего не изменила. В ходе «дворцовых переворотов» к власти пришли сначала Хрущов, потом – Брежнев, имевшие (в результате предшествовавших титанических народных усилий) возможность «почивать на лаврах» и, потому, заметно смягчивших карательный характер выстроенной при «ранних большевиках» карательной системы. При них в высшей бюрократии и среди их потомков сложились группировки, не верящие «ни в Бога, ни в черта», но страстно желавшие достичь максимального материального благополучия и гедонистического образа жизни (что «Советский строй» мог им дать только в очень ограниченных масштабах – это было военно-иерархическое образование, требовавшее от своих адептов определенного аскетизма и, в идеале, стоического мировоззрения). Выразителями их интересов и стал «Меченый», а потом, после его падения – Борис Ельцин, при котором «олигархия» добилась небывалого успеха, вертя «царем» так, как ей было угодно.
Что случилось потом, всем хорошо известно: после первоначальной «оргии победителей» и «неорганизованного» разворовывания страны в 90-х, сложившиеся новые «элиты» (обладающие, впрочем, всеми признаками «антиэлит») осознали необходимость «пожертвовать» частью своих прав и властных полномочий в пользу «порядка», который позволил бы им прекратить «междоусобные войны», исключил бы возможность социального протеста и «упорядочил» выкачивание из страны на Запад всяческих ресурсов (на чем построило свой «бизнес», при содействии «дружественных олигархий Запада» подавляющее большинство «олигархов доморощенных»).
И пришел Путин. Лидер группировки совершенно беспринципных и бессовестных бюрократов-спецслужбистов, по расчету пошедших на службу к «олигархам», но втайне мечтавших занять их место. Достаточно быстро, умело используя полученные властные рычаги (которыми предшествовавшие нувориши пренебрегали, или просто не умели обращаться), опираясь на сохранившиеся с незапамятных времен традиции чиновничьего управления, он довольно быстро «подмял под себя» весь госаппарат настолько, что «олигархи», в настоящее время, не только лишились возможности навязывать власти выгодные им действия (как это было в 90-х), но и сами вдруг оказались «подданными короны», чье благосостояние во многом зависит от «милости монарха» и его окружения. Одно только утешение у них – «монарх» и его приближенные вполне разделяют те же самые жизненные императивы – гедонистическое отношение к жизни, представление о России как о «дойной корове» и неизбывный принцип: «после нас – хоть потоп». А потому – большинство «богатеньких» с ним успешно «договаривается», поняв, что самое главное теперь – быть лояльным, а остальное – совершенно неважно. Со своей стороны, «царь» понимает, что опираться ему, кроме как на крупный капитал (в том числе – вполне себе «этнический»), по большому счету, не на кого. И, ко всему, за 20 лет сложились и тесно переплелись экономические, личные, родственные и всякие другие связи, которые власть не может кардинально разрушать просто из интересов самосохранения. Таким образом, в смысле образа правления, Россия вернулась в начало 17 века (до «Великой смуты») – к сословно-представительской монархии, все признаки которой «на лицо»: несменямый и поддерживаемый высшими элитами «царь»; «неприкасаемые» и тоже несменяемые (максимум – перемещаемые с места на место) придворные; закостенелый и имеющий все тенденции к замене почти исключительно кровно-родственным путем высший «служилый» класс. «Социальные лифты» отключены на прочь. В регионах – свои «местные» «элитки», которые, при условии лояльности, «кормятся» от Центра, либо, наоборот, отдают часть приобретенных ресурсов. Есть свои «дикие вассалы» типа Рамзана, подчиняющиеся «царю» исключительно по принципу «личной преданности» и, за это, наделенные правом творить в своей «вотчине» всё, что только душе угодно… И всё это – под флагом «демократического государства». Забавно? Но факт! Продолжение следует. Источник: http://anna-news.info/node/1138
Tags: anna
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments